1in.am Сурен Папикян в последние недели практически постоянно проводит проверки. 8 сентября он посетил ряд учебных воинских частей и центров, следил за учебным процессом, посетил учебные центры БПЛА и связи, ознакомился с подготовкой личного состава и условиями службы. За несколько дней до этого он также провел проверку на боевых позициях. На официальной странице Минобороны за последние месяцы зафиксировано несколько таких, в том числе «неожиданных» визитов.
Сложно возражать против этого. Министр должен посещать воинские части, видеть реальные условия, общаться с военнослужащими и требовать результатов, но здесь есть более важный вопрос.
До какого времени личная проверка министра должна оставаться одним из важных инструментов для понимания реального состояния армии? Неожиданный визит — это дополнительный инструмент хорошего управления, но он не может быть системой управления.
Если дисциплина повышается только тогда, когда в воинскую часть может заехать машина министра, то проблема не в редких визитах министра. Проблема в том, что система все еще не имеет саморегулирующего контроля, измеримой ответственности и такой командной культуры, где правильная работа не зависит от присутствия высокопоставленного руководителя.
Настоящий успех реформы армии будет в тот день, когда Сурен Папикян сможет не посещать ни одну воинскую часть месяцами, но уверенно знать о состоянии боевой готовности, питания, обучения, дисциплины и техники там.
Кстати, у Армении есть концепция трансформации армии, опубликованная еще в 2024 году. Минобороны сегодня также представляет этот документ как основу для реформ, а изменения в военном образовании были представлены и европейским партнерам. Таким образом, вопрос в том, какой армии рождается эта концепция в реальной жизни.
Какой будет армия Армении через десять лет — массовая призывная армия, небольшая, высокотехнологичная профессиональная сила, система всеобъемлющей обороны, основанная на резерве, или, возможно, их сочетание?
И самое главное — что человек получит от армии, когда завершит службу?
В этом вопросе израильский опыт очень поучителен, хотя его механически невозможно скопировать. Технологические подразделения израильской армии давно стали источником человеческого капитала для технологической экономики страны. Бывшие военнослужащие из Unit 8200 и других технологических подразделений выходят из армии с реальным опытом — кибербезопасность, обработка данных, программные решения, разведывательные технологии. Многие из них затем идут в частный сектор или создают компании. Даже правительственные источники Израиля открыто описывают армию как локомотив, который тянет технологическую экономику. То есть там армия — это не только потребление, но и производство знаний.
Это может быть гораздо более важно для Армении, чем просто желание повторить «модель израильской армии». Маленькое государство не может забрать у молодого человека полтора года жизни и вернуть его в гражданскую жизнь после службы без новых знаний, профессии и применимых навыков.
Человек, завершивший службу, должен быть более ценным и для экономики — с технической специальностью, языком, реальными навыками в системах связи, БПЛА, кибербезопасности, логистики, медицинской помощи или управления.
Сингапур именно в этом направлении развивает обязательную службу. Военнослужащие могут получать образовательные кредиты и профессиональную квалификацию во время службы, а с 2026 года их приобретенные навыки будут включены в официально признанный «паспорт карьеры и навыков», чтобы после службы они имели понятную ценность на рынке труда.
Модель США совершенно другая — армия добровольная. Но даже там вход в службу — это не просто «регистрация». Кандидаты сдают тест на профессиональные способности вооруженных сил, результаты которого не только определяют возможность поступления, но и помогают определить, каким военным специальностям человек соответствует.
Это разные страны с разными армиями, но во всех успешных моделях есть один общий принцип — человеческие ресурсы не растрачиваются. Армения сегодня особенно не может позволить себе такую роскошь. Нас мало, поэтому каждого призывника следует рассматривать не только как солдата, призванного на 1,5 года обязательной военной службы, но и как будущего инженера, управленца или предпринимателя страны. Армия также должна стать не только охраняющей границу, но и формирующей человека и создающей технологии институцией.
Посещения Папикяна могут продолжаться. Иногда необходимо, чтобы министр лично увидел то, что не пишут в отчете, но настоящая реформа начнется там, где неожиданный визит министра больше не будет важным событием для работы системы.
Сильная армия — это не та армия, где все приводится в порядок до прихода министра. Сильная армия — это та, где приход министра ничего не меняет. И после этого уже можно задать более крупный вопрос — не только как мы будем служить в армии, но и каким человеком и какой экономикой эта армия оставит после себя.
* Этот текст автоматически переведен с помощью искусственного интеллекта (ИИ).
РУССКИЙ
